14.11.2016 Парламентская газета Россия и Европа нуждаются в новой парадигме отношений

СМИ о нас

«Россия и Европа: исторический опыт взаимодействия и взаимопонимания XVIII–XX вв.» – международная научная конференция под таким названием проходит сейчас в Москве. Её организаторы – Институт всеобщей истории (ИВИ) РАН и Российский научный фонд. На форум приехали известные учёные из Австрии, Англии, Германии, Израиля, Италии, Франции, Швеции, Польши, Грузии, Литвы, Эстонии, Израиля.

Новые споры о старом

Выбор темы не случаен. Сегодня не самые простые времена отношений России с европейскими странами. Ситуация заставляет посмотреть на проблему не только с политической точки зрения, но исторической и мировоззренческой. «Наша конференция посвящена новым спорам о старом, – сказал научный руководитель ИВИ, академик РАН Александр Чубарьян. – И внутри нашей страны, и за её пределами возрождаются дискуссии на тему: «А что же такое Россия? Часть Европы или нечто другое?» 150 лет назад этот вопрос расколол общественное мнение российской интеллигенции, и вот он снова в повестке дня. Найти ответы помогает взгляд на историю нашего взаимодействия с Европой в исторической ретроспективе».

К слову, тема России и Запада обсуждалась и на недавнем ХХ Всемирном Русском соборе. В своём выступлении патриарх Кирилл отверг как идею якобы врожденного антагонизма между этими двумя сущностями, так и представление о том, что наша страна обречена навеки быть в положении «догоняющей». Альтернативу таким подходам он видит в равноправном диалоге и наведении мостов. Основания для этого есть, что показывает многовековая история.

Россия развивалась по своему пути. Она не пережила в полном объёме Европейское Просвещение, Реформацию, Контрреформацию, наложившие отпечаток на многие аспекты европейской цивилизации.

Зато на формирование Древней Руси сильно повлиял Восток и проект «Степь», то есть взаимоотношения с соседними племенами и в более широком смысле с Золотой Ордой, которой впоследствии Россия не дала проникнуть на территорию Европы.

Но в целом наша страна шла в том же направлении, что и все остальные государства континента. Даже в самые ранние периоды своего развития она оставалась органической частью Европы, что выражалось в торговле, широких династических связях, заимствовании опыта.

На российском престоле оказалась немецкая гражданка Екатерина II, снискавшая себе популярность на своей второй Родине и много полезного сделавшая для развития вверенной ей империи. Впитав в себя российскую ментальность, она вместе с тем олицетворяла связь России с европейскими ценностями и, как известно, переписывалась с европейскими просветителями.

За два века до Петра I Россия начала прорубать окно в Европу, ещё при Иване III (Великом). Так полагает профессор Высшей школы социальных исследований из Парижа, иностранный член РАН Морис Эмар. Уже в конце XV века началась передача технологий и знаний из Европы в Россию, куда приглашались инженеры, архитекторы, другие специалисты из Северной Италии. «В XVI веке, – говорит он. – Москва знала мир гораздо лучше, чем мир знал Москву. В следующие три столетия Европа и Россия реагируют одинаково и одновременно открываются и закрываются друг для друга».

Создавать позитивные образы друг друга

Сегодня весьма актуальна тема – образ России в Европе, и наоборот. В Институте всеобщей истории создан большой проект «Россия в мире». Он предусматривает новые публикации воспоминаний путешественников, купцов, папских легатов, которые посещали Россию, начиная с глубокой древности и кончая XIX веком. Они во многом формировали её репутацию в общественном мнении своих стран. Записки разные, как и разное к ним отношение, но они существуют и должны учитываться, поскольку интеллектуалы Европы до сих пор пользуются ими. «Мемуары» содержат как отрицательные, так и положительные отзывы.

Интересно, что в Европе существует большой интерес к работам «славянофилов» Данилевского и Аксакова, но при этом там забывают, что в истории отечественной общественной мысли позапрошлого века были Белинский, Чаадаев и немало публицистов и философов, продвигавших европейские ценности.

Россию часто упрекают в её подверженности авторитаризму. Но эта особенность вытекает из специфики её исторического пути. У нас всегда идея государства котировалась выше идеи конкретной личности, которая доминирует у западных европейцев. Однако это не аргумент, чтобы отказывать нашей стране в принадлежности к европейской цивилизации. Великобритания – её бесспорная часть, однако брексит случился. История любой страны отличается своеобразием, нравится это кому-то или нет.

Посол ФРГ в России Рюдигер фон Фрич напомнил, что в ноябре в Германии отмечают, с одной стороны, две успешные революции: 1918 года – свержение кайзера Вильгельма II и 1989 года – падение Берлинской стены и объединение Германии, а с другой стороны, 9–10 ноября – памятная дата начала преследования евреев и печально известной «Хрустальной ночи» 1938 года. Честный подход к истории требует, по его мнению, чтобы в споре гордости и памяти вторая не уступила первой.

«Наша цель, – сказал дипломат, – в том, чтобы отношения, пусть непростые, но определённые, были направлены на взаимное сотрудничество, создание взаимных позитивных образов, а не на разобщение стран и народов».

Когда мы смотрим на себя в историческом зеркале, то должны видеть то, что в нём реально отражается, а не то, что сами хотим видеть. Политика России XIX века включает в себя самые разные события. Было нашествие Наполеона и Бородино. Но в то же время на протяжении длительного периода Россия вместе с Англией, Францией, Пруссией, Австрией состояла в Священном союзе, объединяющим фактором которого был легитимизм, а целью – противодействие революционным движениям в Европе. Потом случилась Крымская война, где союзники оказались по разные стороны баррикад. А в начале ХХ века Россия заключила с Англией и Францией военно-политический блок «Антанта».

Вывод очевиден: в истории надо искать не то, что разъединяет, а то, что объединяет.

Брексит и победа Трампа – знаки распада либерального порядка?

Таких примеров немало. Революция 1917 года, казалось, развела недавних партнёров, но контакты Европы с советским государством продолжались. Наряду с Чемберленом и Даладье, не признававшими режим большевиков, был и Черчилль, сильно эволюционировавший к началу Второй мировой войны, когда мы создали антигитлеровскую коалицию со странами – лидерами западного мира. И даже в последующий период холодной войны взаимодействие не прекращалось. В Москву приезжал де Голль, через два года после введения советских танков в Чехословакию – канцлер ФРГ Вилли Брандт, позже – президент Франции Миттеран.

Да, мы помним, что Запад боролся не только с советской Россией. Он, особенно в XVI–XVIII столетиях, когда Россия стала укрепляться как государство, исключал её из многих общеевропейских проектов. Но именно на Западе родилась идея «Европы от Атлантики до Урала»... Так что наши отношения – не постоянная константа, они переживают спады и подъёмы. И как ни странно, в этом академик Александр Чубарьян черпает оптимизм.

«Не надо драматизировать сегодняшнюю ситуацию, – считает он. – Исчезло идеологическое противоборство обеих сторон. Ни в культурном, ни в религиозном плане история не даёт никаких оснований для нашего противостояния. Более того, сейчас, когда Западная Европа ищет пути взаимодействия с исламом, она могла бы с пользой для себя использовать опыт России».

Не обошли участники дискуссии и события дня. Британский профессор из Университета Кента Ричард Саква заявил: «Брексит, как и победа на выборах в США Трампа, – знак распада либерального порядка, который пришёл на смену холодной войне. Тому есть ряд причин, в числе которых – шоковые результаты для многих стран «неолиберализма». На смену ему приходит новая повестка, но какая – ещё неизвестно. Её характерная черта – политические решения: 2012 год – возвращение Путина, 2014 год – Крым, 2016 год – брексит и приход Трампа. Стало можно оспаривать такие «бесспорные» прежде понятия, как глобализация, космополитизм...»

Красной нитью через многие выступления прошла мысль о необходимости иной парадигмы отношений России и Европы. Они должны основываться на общности цивилизации и единой христианской религии и в то же время учитывать происходящие в мире изменения. В выработке этих подходов большая роль принадлежит гражданскому обществу, в том числе людям науки, образования, культуры.

15 нояб. 2016